"Книжный вызов" - 29, 30: два взгляда на один вопрос

Источник

   К творчеству Кадзуо Исигуро это уже мой второй подход. Роман "Не отпускай меня" пока мне не поддался. К "Остатку дня" я же подошла потому, что мне его посоветовали прочитать в игре "Новогодний флешмоб".

   "Остаток дня" (16+) - метафоричное название. Что остаётся у человека в пожилом возрасте? Ради чего он жил? Ради чего нужно жить? Что есть жизнь человека? Эти философские вопросы, пожалуй, и поднимает в романе английский писатель японского происхождения Кадзуо Исигуро.

   Перед нами качественная английская литература. Р.Киплинг, О.Уайльд, Дж.Р.Р.Толкин, Ч.Диккенс... В этот ряд можно смело ставить и К.Исигуро. 

   XX век, 50-ые годы. Поместье Дарлингтон-холл. Дворецкий Стивенс ведёт повествование. Рассказывает о своём деле, которому он посвятил всю свою жизнь: "... тем из нас, кто хочет оставить след в жизни, нужно понять, что лучший способ добиться этого - сосредоточиться на собственной деятельности, то есть отдавать силы наилучшеу обслуживанию тех благородных джентльменов, от которых по-настоящему зависят судьбы цивилизации".

С.Кузнецов "Учитель Дымов" (16+) - сага длиною в 70 лет

Источник

Сергей Кузнецов

   Об "Учителе Дымове" узнала от учителя русского языка и литературы Елены Ворониной из её поста в "Facebook". Елена Владимировна просто написала: "В предвкушении..."; я же, прочитав комментарии к посту, решила однозначно: "Учителя Дымова" буду читать.
   Не стала заказывать в интернет-магазине роман (ждать-то сил нет), купила книгу в книжном магазине (цена кусается, конечно). Читать начала сразу же вечером. С первых страниц не покидало чувство, что подобное уже читала. Конечно, семейная сага. Конечно, у Марины Степновой есть роман "Женщины Лазаря", который я прочитала уже почти два года назад, где рассказывается о нескольких поколениях одной семьи.

Л.Улицкая "Даниэль Штайн, переводчик" - роман о любви, вере, счастье

Источник

   И снова читала Людмилу Улицкую. После "Зелёного шатра" и "Казуса Кукоцкого" решила пока остановиться, отойти к другим книгам, но не прошло и трёх месяцев, как я, по совету своей коллеги, учителя географии Наталии Анатольевны, окунулась в невероятно интересного и невероятно тяжёлого "Даниэля Штайна, переводчика" всё той же Л.Улицкой. Ровно месяц я изучала те 500 страниц, которые меня, читателя, не несли вперёд, а каждый день останавливали. И останавливалась я не потому, что мне было неинтересно, не потому, что мне было невероятно трудно читать страницы, посвящённые Церкви и религии вообще, а потому, что через письма героев книги я проживала минуты страха и радости, отчаяния и веры в спасение.

   "Даниэль Штайн, переводчик" не просто роман. Мы читаем письма разных людей, раскрываем книгу жизни каждого героя: и коммунистки, и немки, и американки, и израильского радикала, и католической монахини, и... Всех объединяет один человек, тот самый Даниэль Штайн, служивший в 1941 г. несколько месяцев в немецкой полиции и спасший от гибели по разным данным от 200 до 300 евреев.

"Жили-были старик со старухой" Е.Катишонок - "маленькая сага"

Источник

   Новогодне-рождественские дни хороши. Хороши ещё и тем, что можно читать больше, чем обычно. Вот и я прочитала книгу, которую мне посоветовала мама моей ученицы, десятиклассницы.

   Роман "Жили-были старик со старухой" Елены Александровны Катишонок - "повествование о судьбе семьи староверов, заброшенных в начале прошлого века в Остзейский край, там осевших, переживших у синего моря войны, разорение, потери и всё-таки выживших, спасённых собственной верностью самым простым, но главным ценностям" (Майя Кучерская). Более чётко, наверное, и описАть нельзя. 

Источник

   Роман по своей эпичности напомнил мне "Зелёный шатёр" Л.Улицкой. Только, конечно, стиль Е.Катишонок иной. 

   "Жили-были старик со старухой у самого синего моря" - так начинается повествование о жизни и смерти, любви и верности, добре и зле, радости и горести нескольких поколений семьи Ивановых. В центре - Григорий и Матрона, те самые "старик и старуха", прожившие вместе "пятьдесят лет и три года". Они-то и поведут нас, читателей, вслед за собой. Идёшь за ними и словно клубок распутываешь, при этом думаешь: "Вот бы клубок и не распутался вовсе".

   А клубок катится и катится, сам распутывается, только иногда останавливается, чтобы отдохнуть, а значит вспомнить... родителей, умерших детей, погибших на войне (Великой Отечественной) сына и зятя.

   Матрона ("мамынька", "Матрёна"), естественно, - та самая шея, на которой и держится голова (Григорий). И хотя автор предупреждает, что все "герои - плод писательского воображения", ты же думаешь о том, что таких семейных пар - каждая вторая или третья. Ох, как похожи "старик и старуха" на моих родителей ))

   Роман держал меня до последней страницы. Конечно, неоднократно не смогла сдержать слёзы. Так искренно, так правдиво, так по-настоящему пишет Е.Катишонок. И как удивительно выбрано было время для чтения - Рождество Христово. 

   Невозможно пересказать книгу. Да и неблагодарное это дело. Читайте с удовольствием лауреата премии "Ясная Поляна" Елену Катишонок и её роман "Жили-были старик со старухой".

Л.Улицкая. "Зелёный шатёр" (16+): мозаика человеческих судеб

Источник

   Роман "Зелёный шатёр" недолго ждал меня. Купила весной книгу "о поколении тех, кому выпало взрослеть во времена оттепели, выбирать судьбу в шестидесятые, платить по счетам в семидесятые..." (как написано на обложке). Автор для меня был не первичен. Почему-то подумала, что и маме понравится, наверное, читать о годах своей молодости, а я более полно узнаю о той эпохе, когда меня ещё и не было.

   Чтение романа напомнило мне первичное чтение "Войны и мира" Л.Н. Толстого: чувствовалась эпичность повествования. Попадаем в 1953-й год, день смерти И.В.Сталина. Но не это главное... Главное - всё, что будет происходить потом.

   Три школьных друга: Илья, Саня и Миха - центральные образы романа. Подружились они, когда учились в 5-м классе. И стали друзьями не только между собой. Учитель литературы Виктор Юльевич Шенгели научил каждого любить книгу, писателя-ЧЕЛОВЕКА. Эта любовь к литературе определила всю дальнейшую жизнь и Ильи, и Михи, и Сани.

   Это сегодня мы читаем всё, что хотим. В 60-70-ые годы ХХ в. читали запрещённую литературу: Б.Пастернака,  А.Солженицына, В.Набокова, В.Ходасевича, О.Мандельштама и др. И это были книги не в известном нам значении слова. Тексты перепечатывались или переписывались на тонкую бумагу, например. И за чтение произведений этих писателей и поэтов отправляли в места заключения.