Здравствуйте, уважаемые и дорогие коллеги, друзья, гости! Приветствую вас на страницах блога "ПИШИЧИТАЙ"!

воскресенье, 23 июня 2013 г.

Православные отмечают День Святой Троицы

ИСТОЧНИК

Икона "Сошествие Святаго Духа на апостолов"
День Святой Троицы, или просто Троица, Троицын день - один из самых любимых церковных праздников в России. Неслучайно у нас так много Троицких храмов, которые дали имя селам и деревням вокруг них - не по одной в каждой области, а фамилия Троицкий была когда-то одной из самых распространенных.
Событие, которое легло в основу Праздника Троицы, произошло на пятидесятый день после Воскресения Христа, отсюда еще одно название праздника - Пятидесятница. Вот как описывается то, что произошло в Книге Деяний святых Апостолов. На пятидесятый день после Воскресения Христова, через десять дней после Его Вознесения на небо, ученики Иисуса собрались вместе. Апостолов было по-прежнему двенадцать, потому что вместо Иуды, предавшего Христа, двенадцатым избрали Матфия. В этот день в Иерусалиме собрались не только апостолы, ученики Христа. В этот день в Иерусалиме отмечали ветхозаветную Пятидесятницу - праздник, установленный в честь получения Моисеем заповедей, данных ему Богом на пятидесятый день по выходу евреев из египетского плена. Этот праздник особо почитали в Древнем Израиле, поэтому в Иерусалим пришли люди "из всякого народа под небом" (Деян. 2. 5). Когда апостолы вместе с  Марией, Матерью Христа, были в горнице, то, как сказано, "внезапно сделался шум с неба, как бы от несущегося сильного ветра, и наполнил весь дом, где они находились. И явились им разделяющиеся языки, как бы огненные, и почили по одному на каждом из них. И исполнились все Духа Святаго, и начали говорить на иных языках, как Дух давал им провещевать" (Деян. 2. 2-4).
Ветер, огонь, шум небесный были знаками, видимыми знамениями, сопровождающими явление Святого Духа. При сошествии Святого Духа на апостолов они получили особые дары - дар разговаривать на разных языках, дар целительства, дар проповедовать о делах Божьих.
Как рассказывается в Книге Деяний святых Апостолов, когда вдруг, после сделавшегося шума, ветра и сошествия огненных языков, апостолы заговорили на "иных языках", и даже на наречиях всех тех, кто в этот праздничный день собрался в Иерусалиме, то многих это не просто удивило. Кто-то стал насмехаться над апостолами, говоря, что "они напились сладкого вина" (Деян. 2. 13). Но Петр, встав с одиннадцатью апостолами "возвысил свой голос", и начал проповедь. Петр говорил о том, что, как и было предсказано пророками, Иисус Христос, Которого распяли, воскрес из мертвых, на сороковой день по Воскресению вознесся на небо, и сейчас излил на апостолов Святого Духа. Проповедь Петра так подействовала на слышавших ее, что многие уверовали и начали спрашивать: "Что же нам делать?"  И Петр ответил: "покайтесь и креститесь во имя Иисуса Христа для прощения грехов и Вы получите дар Святого Духа" (Деян. 2. 38). Уверовавших во Христа и охотно принявших в тот день крещение оказалось около трех тысяч.
День Святой Троицы - день, когда миру видимым образом: шумом с неба, ветром, огненными языками пламени - было явлено Третье Лицо Святой Троицы - Святой Дух. Праздник Троицы считают также и днем рождения Церкви. Ведь именно в этот день апостолы, исполнившись Святым Духом, смогли начать свою проповедь "о великих делах Божьих" (Деян. 2. 11) среди разных народов - каждый апостол получил по жребию свой удел и начал апостольское служение (апостол - дословно с греческого означает "посланник").
Накануне Праздника Троицы верующую отмечают Троицкую вселенскую родительскую субботу. В этот день Церковь особо поминает людей, по каким-то причинам не получившим христианского погребения, например, пропавших без вести или погибших в водной пучине. День вселенского поминовения усопших установлен перед Праздником Троицы для того, чтобы показать, что Дух Святой действует и в мертвых, и в живых, и что для Бога все живы.
По церковному Уставу, в течение пятидесяти дней после Пасхи, до дня Сошествия Святого Духа, поклоны не кладутся, но вечером в Праздник Троицы коленопреклоненно читаются умилительные молитвы Василия Великого, в которых мы исповедуем грехи наши пред Отцом Небесным и, ради великой жертвы Сына Его, испрашиваем помилования; в этих молитвах мы просим также Господа Иисуса Христа даровать нам Божественного Духа, в просвещение и утверждение душ наших, и, наконец, молимся об усопших отцах и братьях наших: "да упокоит их Господь в месте светле, злачне и покойнее".
Святой Дух называют "Подателем жизни", и в знак этого на праздник Троицы принято украшать храм и свои дома ветвями деревьев и цветами. Верующие приносят зеленые ветви, цветы и в храм - в знак того, что мы исповедуем жизнеутверждающую силу Животворящего Святого Духа. Эти цветы, принесенные после богослужения в храме домой, могут храниться дома весь год. Иван Сергеевич Шмелев описывает, как готовились к Троице: выезжали в подмосковные деревеньки - срубать молодые березки, покупали у садовником и крестьян ландыши, специально выращенные к Троице пионы, готовили купальни: на Троицу было принято пускать веночки по воде… Считалось,  -  и народные приметы, обычно, не обманывали - что на Троицу денек бывает красный, то есть солнечный, потому что "пошел Господь, во Святой Троице, по всей земле", но вот после Божественной Литургии может "замутиться" - то есть появятся тучи, а вот на следующий день - Духов день, "Господь может и громком погрозить".
Вот как описывает великий русский писатель свои детские чувства от праздника, который называли праздником посещения Господа нашей земли: "Солнце слепит глаза, кто-то отдернул занавеску. Я жмурюсь радостно: Троицын День сегодня! Над моей головой зеленая березка, дрожит листочками. У кивота, где Троица, тоже засунута березка, светится в ней лампадочка. Комната кажется мне другой, что-то живое в ней.
На мокром столе в передней навалены всякие цветы и темные листья ландышей. Все спешат набирать букетцы, говорят мне - тебе останется. Я подбираю с пола, но там только рвань и веточки. Все нарядны, в легких и светлых платьях. На мне тоже белое все, пикейное, и все мне кричат: не обзеленись! Я гуляю по комнатам. Везде у икон березки. И по углам березки, в передней даже, словно не дом, а в роще. И пахнет зеленой рощей.
На дворе стоит воз с травой. Антипушка с Гаврилой хватают ее охапками и трусят по всему двору. Говорят, еще подвезут возок. Я хожу по траве и радуюсь, что не слышно земли, так мягко. Хочется потрусить и мне, хочется полежать на травке, только нельзя: костюмчик. Пахнет, как на лужку, где косят. И на воротах наставлены березки, и на конюшне, где медный крест, и даже на колодце. Двор наш совсем другой, кажется мне священным. Неужели зайдет Господь во Святой Троице? Антипушка говорит: "молчи, этого никто не может знать!” Горкин еще до света ушел к Казанской, и с ним отец.
Мы идем все с цветами. У меня ландышки, и в середке большой пион. Ограда у Казанской зеленая, в березках. Ступеньки завалены травой так густо, что путаются ноги. Пахнет зеленым лугом, размятой сырой травой. В дверях ничего не видно от березок, все задевают головами, раздвигают. Входим как будто в рощу. В церкви зеленоватый сумрак и тишина, шагов не слышно, засыпано все травой. И запах совсем особенный, какой-то густой, зеленый, даже немножко душно. Иконостас чуть виден, кой-где мерцает позолотца, серебрецо, - в березках. Теплятся в зелени лампадки. Лики икон, в березках, кажутся мне живыми - глядят из рощи. Березки заглядывают в окна, словно хотят молиться. Везде березки: они и на хоругвях, и у Распятия, и над свечным ящиком-закутком, где я стою, словно у нас беседка. Не видно певчих и крылосов, - где-то поют в березках. Березки и в алтаре - свешивают листочки над Престолом. Кажется мне от ящика, что растет в алтаре трава. На амвоне насыпано так густо, что диакон путается в траве, проходит в алтарь царскими вратами, задевает плечами за березки, и они шелестят над ним. Это что-то... совсем не в церкви! Другое совсем, веселое. Я слышу - поют знакомое: "Свете тихий”, а потом, вдруг, то самое, которое пел мне Горкин вчера, редкостное такое, страшно победное: "Кто Бог велий, яко Бо-ог наш? Ты еси Бо-ог, творя-ай чу-де-са-а-а!..”
Это не наша церковь: это совсем другое, какой-то священный сад. И пришли не молиться, а на праздник, несем цветы, и будет теперь другое, совсем другое, и навсегда. И там, в алтаре, тоже - совсем другое. Там, в березках, невидимо, смотрит на нас Господь, во Святой Троице, таинственные Три Лика, с посошками. И ничего не страшно. С нами пришли березки, цветы и травки, и все мы, грешные, и сама земля, которая теперь живая, и все мы кланяемся Ему, а Он отдыхает под березкой. Он теперь с нами, близко, совсем другой, какой-то совсем уж свой. И теперь мы не грешные. Я не могу молиться. Я думаю о Воробьевке, о рощице, где срубил березку, о Кавказке, как мы скакали, о зеленой чаще... слышу в глуши кукушку, вижу внизу, под небом, маленькую Москву, дождик над ней и радугу. Все это здесь, со мною, пришло с березками: и березовый, легкий воздух, и небо, которое упало, пришло на землю, и наша земля, которая теперь живая, которая - именинница сегодня.
Я стою на коленках и не могу понять, что же читает батюшка. Он стоит тоже на коленках, на амвоне, читает грустно, и золотые врата закрыты. Но его книжечка - на цветах, на скамейке, засыпанной цветами. Молится о грехах? Но какие теперь грехи! Я разбираю травки. Вот это - подорожник, лапкой, это - крапивка, со сладкими белыми цветочками, а эта, как веерок,- манжетка. А вот одуванчик, горький, можно пищалку сделать. Горкин лежит головой в траве. В коричневом кулаке его цветочки, самые полевые, которые он набрал на Воробьевке. Почему он лицом в траве? Должно быть, о грехах молится. А мне ничего не страшно, нет уже никаких грехов. Я насыпаю ему на голову травку. Он смотрит одним глазом и шепчет строго: "молись, не балуй, глупый... слушай, чего читают”. Я смотрю на отца, рядом. На белом пиджаке у него прицеплен букетик ландышей, в руке пионы. Лицо у него веселое. Он помахивает платочком, и я слышу, как пахнет флердоранжем, даже сквозь ландыши. Я тяну к нему свой букетик, чтобы он понюхал. Он хитро моргает мне. В березке над нами солнышко…
После обеда народу никого не остается, везут и меня в Сокольники. Так и стоит наш двор, зеленый, тихий, до самой ночи. Может быть, и входил Господь? Этого никто не знает, не может знать.
Ночью я просыпаюсь... - гром? В занавесках мигает молния, слышен гром. Я шепчу - "Свят-свят, Господь Саваоф” - крещусь. Шумит дождик, и все сильней, - уже настоящий ливень. Вспоминаю, как говорил мне Горкин, что и "громком, может, погрозится”. И вот, как верно! Троицын День прошел; начинается Духов День. Потому-то и желоба готовил. Прошел по земле Господь и благословил, и будет лето благоприятное.
Березка у кивота едва видна, ветки ее поникли. И надо мной березка, шуршит листочками. Святые они, божьи. Прошел по земле Господь и благословил их и все. Всю землю благословил, и вот - благодать Господня шумит за окнами" (И.С. Шмелев "Лето Господне")
Понедельник, наступивший после Праздника Святой Троицы, посвящен именно Третьей Ипостаси Пресвятой  Троицы - Святому Духу, и называется Духов День.

Комментариев нет:

Отправить комментарий

Уважаемый читатель! Спасибо за чтение данного сообщения! Буду рада услышать Ваше мнение.

Related Posts Plugin for WordPress, Blogger...